Российская экономика будет восстанавливаться умеренными темпами

промышленность

Темпы восстановления российской экономики в 2021 году будут умеренными, прогнозируют аналитики международной группы Coface.

Рецессия, которую испытал рынок РФ в 2020-м, оказалась относительно неглубокой, однако некоторые глобальные отраслевые тенденции, связанные и не связанные с пандемическим кризисом, могут сделать восстановление разных рыночных секторов неравномерным. О том, каковы перспективы российской экономики на 2021 год и какие факторы будут влиять на темпы посткризисного восстановления основных отраслей мировой экономики – в кратком обзоре результатов нового исследования Coface.

Во многом сгладить удар кризиса для российского рынка помог отказ властей от введения локдаунов на федеральном уровне, обусловленный стремлением не допустить слишком сильного «охлаждения» отечественной экономики, отмечают эксперты Coface. Тем не менее, пандемия оказалась трудным испытанием для России: на начало декабря 2020 г. страна оказалась на четвертом месте мирового рейтинга по общему числу случаев COVID-19.

Вторая волна пандемии оказалась для России крайне болезненной: число ежедневно выявляемых случаев заболевания побило апрельский рекорд. Домохозяйствам очень кстати пришлась такая мера госпомощи, как программа субсидированной ипотеки со ставкой 6,5% годовых. Тем не менее из-за снижения реальных доходов населения и отсутствия у россиян существенных финансовых запасов личное потребление вряд ли станет локомотивом восстановления российского рынка, отмечают эксперты Coface. Во втором квартале 2020 года реальные доходы домохозяйств сократились на рекордные 8,4% по сравнению с аналогичным периодом 2019-го, а уровень безработицы вырос до 6,1% – самая высокая отметка за последние девять лет.

Рубль может продолжить дешеветь, считают экономисты Coface, особенно если рынок углеводородов будет восстанавливаться медленнее, чем ожидается. Объем инвестиций в 2021 году наверняка вырастет, однако вряд ли намного: рост сдерживает рыночная неопределенность и недостаток ликвидности у малых и средних предприятий, несмотря на низкие процентные ставки (ключевая ставка ЦБ РФ в 2020 году была сокращена на 175 базисных пунктов до 4,25%).

Из-за пандемического кризиса российские власти приняли решение отложить реализацию программы национальных проектов общей стоимостью 360 миллиардов долларов США до 2024 года. Старт программе был дан еще в 2018 году, однако с тех пор прогресс по ее выполнению был незначительным, отмечает Coface. В фокусе программы находятся здравоохранение, образование и дорожная сеть. Также в ее рамках правительство планирует снизить бедность – на данный момент 14% населения живет за ее чертой.

Цены на нефть, прогнозируют экономисты Coface, будут постепенно восстанавливаться на протяжении 2021 года, однако приток инвестиций в сектор энергетики едва ли будет значительным.

Финансовое положение РФ остается стабильным, несмотря на пандемический кризис

Несмотря на наличие финансовой «подушки безопасности» в виде запасов в Фонде национального благосостояния, твердый бюджетный профицит и низкий объем госдолга по итогам 2019 года, меры стимулирования экономики за счет бюджетных вливаний, предпринятые российскими властями для борьбы с негативным влиянием пандемического кризиса, можно считать достаточно скромными – их общая стоимость составляет около 7% от национального ВВП с учетом гарантий и отсрочек по уплате налогов.

«По итогам 2020 года баланс бюджета оказался дефицитным, но в 2021-м бюджетные индикаторы будут улучшаться», – комментирует Василий Чекулаев, генеральный директор Coface Россия. – «Дополнительные средства принесут, в частности, такие меры как повышение налогов для предприятий нефтяной промышленности и компаний, добывающих некоторые другие виды сырья, увеличение НДФЛ с 13% до 15% для россиян с доходом более 5 млн рублей, введение налога на банковские депозиты величиной более 1 млн рублей, а также повышение акцизного налога на табачные изделия».

«Углеводородные» доходы остаются критически важной статьей российского бюджета. Цена нефти, при которой бюджет будет сбалансирован, находится на отметке 42,4 доллара США за баррель. На сегодняшний день продажи углеводородов генерируют около четверти российского ВВП, на них приходится 63% экспорта и 35% доходов федерального бюджета. Объемы выработки нефти в РФ могут снизиться из-за санкций, предусматривающих ограничения инвестиций и запреты на поставки некоторых видов технологического оборудования, а также из-за постепенного истощения зрелых месторождений.

Глобальные отраслевые риски и тенденции в 2021 году

Эксперты Coface каждый квартал оценивают деловой климат и уровень рисков в 13 отраслях мировой экономики с разбивкой по 28 странам, на которые приходится около 88% мирового ВВП.

В целом, считают эксперты Coface, в этом году динамика роста будет неравномерной от сектора к сектору. В то время как некоторые отрасли были буквально «заморожены» во время массовых локдаунов, другие смогли использовать тенденции, зародившиеся накануне и во время кризиса, к своей выгоде.

Помимо пандемического кризиса динамика восстановления рынка в этом году будет зависеть от целого ряда факторов – политических рисков, «войны тарифов» между США и Китаем, эволюции мер торгового протекционизма и других.

Агропродовольственная промышленность.

В целом агропродовольственная отрасль показала устойчивость перед лицом глобального кризиса, отмечают эксперты Coface. Негативно на отрасли сказались закрытия заведений общественного питания во время пандемии, из-за которых упал спрос на продукцию сельского хозяйства и животноводства. Перекрытия границ спровоцировали временную нехватку рабочих рук в летний сезон, что также отрицательно повлияло на отрасль. Помимо пандемии и связанных с ней факторов осложнять деятельность предприятий в секторе в текущем году будут биологические и климатические риски.

Автомобильная промышленность.

Автопром в 2020 году пострадал сильнее большинства других секторов: на отрасли резко негативно сказались перебои в международных производственных цепочках, возникшие из-за пандемии, а также значительное сокращение спроса со стороны потребителей, взволнованных неясными перспективами рынка, ростом безработицы и сокращением доходов. За первые 10 месяцев года объем мировых продаж новых автомобилей сократился на 22%. Несмотря на то, что в текущем году сектор наверняка начнет восстанавливаться, ему вряд ли удастся отыграть потери 2020 года. Помимо пандемии в числе рисков, угрожающих сектору, аналитики Coface называют тенденцию к ужесточению природоохранных норм, применимых к автомобилям, и эволюцию предпочтений потребителей вкупе с ростом востребованности электрических авто.

Химическая промышленность.

Обстановка в химической отрасли осложнилась на фоне падения спроса на продукцию со стороны автопрома и строительной отрасли, которые в свою очередь «забуксовали» из-за общего охлаждения мирового рынка. Открытие ряда крупнейших химических заводов в США, Китае, Индии и на Ближнем Востоке резко повысило объем предложения, что наверняка будет оказывать понижательное давление на цены в отрасли в этом году, особенно в категории этилена и его производных, отмечается в исследовании Coface.

Строительная промышленность.

Основные потери строительной промышленности пришлись на первое полугодие 2020-го, когда из-за карантинных мер многие проекты и стройки оказались заморожены. В 2021 году, считают аналитики Coface, темпы восстановления отрасли будут значительно различаться от сегмента к сегменту – так, крупные вливания государств в развитие инфраструктуры будут поддерживать предприятия в соответствующих сегментах. Сегмент жилого строительства будет восстанавливаться медленнее, однако также наверняка покажет положительную динамику роста в этом году. Перспективы же глобального сегмента возведения коммерческих зданий, напротив, выглядят в среднесрочной перспективе не слишком многообещающими.

Энергетическая промышленность.

Спрос на нефть в 2020 году резко сократился, вместе с ним упали и цены: например, в апреле стоимость нефти год к году упала на 74%. В этом году, считают эксперты Coface, восстановление компаний в секторе, и без того ослабленных событиями ушедшего года, будет затруднять ужесточение законодательных требований к добывающим и перерабатывающим компаниям, особенно в части соблюдения природоохранных норм. Также, учитывая общий курс развитых стран на «декарбонизацию» экономики, для традиционных игроков сектора растет конкуренция со стороны поставщиков «зеленой» энергии.

Информационные и коммуникационные технологии.

Сектор ИКТ оказался одним из самых устойчивых в контексте пандемического кризиса. Стабильно положительную динамику роста показывали как «сервисные» сегменты – например, сегменты СМИ и мультимедийного контента – так и «торгово-производственные», то есть сегменты электроники и телекоммуникационного оборудования. Сегмент домашних развлечений показал рост на фоне локдаунов, которые вынудили потребителей отказываться от привычных способов проведения досуга в пользу онлайн-услуг. Перевод большого числа сотрудников на удаленный режим работы подстегнул продажи офисной техники. В этом году развитие сектора будут затруднять «торговые войны», в которых высокотехнологичные продукты являются одной из основных мишеней. Также участников отрасли все сильнее беспокоят законодательные инициативы, призванные ужесточить контроль за сбором личных данных пользователей, и высокая насыщенность развитых рынков в целом ряде важнейших сегментов (мобильные устройств, компьютерная техника и так далее).

Металлургия.

На фоне кризиса и общего «охлаждения» мирового рынка спрос на продукцию отрасли значительно упал – как и цены на нее. По данным SteelHome, в США, Китае и Европе цена на нефть в 3 квартале 2020 года сократилась на 26%, 0,3% и 7% соответственно по сравнению с аналогичным периодом 2019 года. В наступившем году, комментируют экономисты Coface, темпы восстановления отрасли будут сильно зависеть от эволюции эпидемиологической обстановки и будут неравномерными от страны к стране на фоне сокращения доходов домохозяйств и высокой экономической неопределенности.

Целлюлозно-бумажная промышленность.

Влияние пандемического кризиса на отрасль оказалось неоднородным от сегмента к сегменту. Так, сильнее всех, по всей видимости, пострадал сегмент полиграфической бумаги – как и в прошлые годы, давление на него оказывает постепенная «цифровизация» печатного контента, однако в 2020 году сегмент пережил еще и резкое падение спроса на свою продукцию из-за повсеместных локдаунов, во время которых предприятия и учебные заведения сократили закупки бумаги для печати. Сегмент упаковочной бумаги, напротив, выиграл от увеличения объемов онлайн-продаж и соответствующего роста спроса на продукцию для упаковки товаров, купленных в сети. Также из-за роста внимания к гигиене вырос спрос на хирургические маски, бумажные полотенца, влажные салфетки и прочие аналогичные продукты из бумаги – эта тенденция наверняка останется актуальной в среднесрочной перспективе.

Фармацевтическая промышленность.

В 2020 году сектор фармацевтики столкнулся со значительными перебоями в международных производственных цепочках из-за «карантинных» закрытий международных границ – в частности, китайских. Власти ряда стран мира, осознав высокую зависимость отрасли от мощностей и продукции КНР, уже пообещали заняться вопросами обеспечения внутреннего рынка необходимыми товарами «в обход» КНР. В целом фармацевтическая промышленность пострадала значительно меньше большинства других секторов, оценивают экономисты Coface, так как ее продукция часто незаменима и при этом имеет высокую маржинальность. Кроме того, высокий «входной барьер» для новых игроков рынка играет на руку крупным компаниям.

Розничная торговля.

Объемы потребления домохозяйств в 2020 году резко сократились, причем как в развитых странах, так и в развивающихся. Особенно существенно упали розничные продажи в физических точках, которые были вынуждены месяцами простаивать без покупателей во время локдаунов. В то же время пандемический кризис значительно подстегнул развитие электронной коммерции и повысил объемы онлайн-продаж. В последние несколько лет традиционные игроки отрасли, привыкшие полагаться на физические точки продаж, вынуждены бороться с растущей конкуренцией со стороны онлайн-ретейлеров. В этом году, обращают внимание эксперты Coface, эта тенденция продолжит развиваться, что может вынудить многих крупных ретейлеров заняться развитием онлайн-каналов продаж и оптимизацией своих логистических цепочек.

Текстильная промышленность.

С началом пандемии и повсеместных локдаунов крупные ретейлеры, продающие одежду, были вынуждены закрыть физические точки продаж, что привело к резкому снижению объемов сбыта. Компании стали быстро снижать объемы закупок тканей и волокон для пошива одежды, и уже к первому апреля стоимость фунта хлопка снизилась до 0,48 доллара США, хотя еще в январе хлопок торговался на отметке около 0,71 доллара. По оценке Австралийского бюро экономики сельского хозяйства и природных ресурсов, мировой объем потребления хлопка в 2019-2020 гг. снизился примерно на 15%. Это привело к ухудшению финансового положения поставщиков сырья в отрасли и заставило их нести убытки, а в некоторых случаях – прекращать деятельность (вспомним, например, британскую группу Oasis and Warehouse). Если говорить о ретейлерах, то меньше всего пострадали те, кому удалось быстро перенести свои продажи в онлайн. Бум электронной коммерции в сегменте продаж одежды и обуви, произошедший на фоне кризиса, наверняка продолжится и в этом году, отмечают аналитики Coface.

Транспортный сектор.

Транспортный сектор, наряду с автопромом, пострадал от кризиса значительно сильнее прочих рыночных отраслей – например, пассажиропоток в сегменте авиаперевозок за период с 16 января по 12 апреля 2020 г. упал на 75%. По оценке экспертов Coface, к докризисным показателям сектору удастся вернуться не раньше 2022 года. Долгосрочные перспективы, однако, обнадеживают: спрос на пассажирские перевозки будет стабильно расти благодаря глобализации и увеличению мобильности населения (в частности, в Индии и Китае), а издержки перевозчиков – снижаться по мере совершенствования технологий, особенно в сегментах воздушного и водного транспорта. Грузовые перевозки также пострадали, главным образом из-за снижения объема международной торговли: в апреле, на низшей точке, он сократился на 16,2% по сравнению с апрелем 2019 года. В текущем году темпы восстановления сектора будут зависеть от динамики заболеваемости COVID-19.

Деревообрабатывающая промышленность.

Успехи деревообрабатывающей промышленности сильно зависят от строительной промышленности, так как застройщики – одни из крупнейших покупателей древесины. Из-за заморозки строек в период локдаунов по всему миру объемы и темпы застройки сократились, что привело к падению продаж поставщиков древесины. С другой стороны, одним из других крупнейших потребителей древесины является целлюлозно-бумажная промышленность, некоторые сегменты которой резко нарастили объемы продаж во время кризиса – например, сегмент упаковочной бумаги, – что благоприятно сказалось на предприятиях в секторе. В этом году в числе основных рисков для деревообрабатывающей промышленности стоит выделить протекционистские меры в «торговой войне» между Китаем и США, которые затрагивают поставки древесины, а также глобальную тенденцию к ужесточению контроля за вырубкой лесов со стороны государственных органов.

Заполняя поля комментариев и других форм обратной связи, Вы соглашаетесь с «ПОЛИТИКОЙ КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТИ»

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*


Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.